Это модное слово «Органик»

Это модное слово «Органик»

или Что мешает развитию органического сельского хозяйства На вопросы отвечает: Олег Мироненко, исполнительный директор Национального

или Что мешает развитию органического сельского хозяйства

На вопросы отвечает: Олег Мироненко,
исполнительный директор Национального органического союза

Коровы , Руза www.sozrf.ru

 

― Олег Викторович, в нашей стране пока нельзя называть организации ― массовыми, которые специализируются в органическом земледелии. Cкажите, пожалуйста, как сегодня развивается это направление и что заставило вас организовать союз?

― C моей точки зрения, мода на органический здоровый продукт к нам пришла с Запада, хотя в нашей стране много накоплено знаний, относящихся к этой сфере. Развитие биологизации земель, разработка новых технологий с целью получения биоудобрений ― это направление теоретически развивалось у нас всегда и давно. А вот что касается применения этих технологий в России на практике, то здесь существенный пробел. В России все началось с того, что первые органики, появившиеся в 2008‒2010 гг. на российском рынке, были людьми, прожившими часть времени за рубежом, у которых идея здорового питания преобладала как привычка. У них были и желание, и реальная финансовая возможность развивать это направление как собственный бизнес, поначалу для близкого окружения ― друзья, знакомые. Например, корпорация «Органик», развитие которой осуществлялось банком УРАЛСИБ. По такому пути шли и ряд других компании. Позже этим стал заниматься и малый бизнес. Небольшим фирмам было легче развиваться, имея перед глазами опыт предшественников и в таких вопросах, как сертификация, ― проверка на соответствие органическим стандартам, в основном европейским. Сегодня некоторые вузы уже начинают готовить специалистов в данном направлении, хотя в очень небольшом объёме. Некоторые учёные из советского периода стали думать, как применить разработки того времени в области органического сельского хозяйства, и эта тенденция развивается достаточно активно. С появлением компаний в области органического сельского хозяйства возникла задача развития данной отрасли в России, принятия соответствующего законодательства, его профессионального совершенствования, а также консолидации всех участников нового сегмента рынка и защиты его интересов. В 2012 году пять крупных компаний ― производителей на рынке (корпорация «Органик», Группа компаний «Агранта», ООО «АРИВЕРА», компания «АГРО РОСТ» и компания «Азбука Вкуса») решили объединиться, создать союз и в его рамках с 2013 года начать совместную работу, которая активно ведётся и по сей день.

― То есть можно сказать, что вы являетесь ключевым двигателем этого направления?

― Да это так. При нас создана рабочая группа по разработке нормативно-правовых актов в данной сфере. Мы активно занимаемся популяризацией органического земледелия. Союз работает со многими СМИ, старается выступать на всех возможных конференциях, а также создаёт ряд базовых институтов, которые связаны с системой сертификации, с учебными программами, подготовкой и обучением специалистов в этой области. В России мало людей, кто имеет опыт работы в этой области. Поэтому к нам обращаются за советами, помощью в связи с тем, что у наших специалистов есть практический опыт, ― мы первые на рынке в этой области, кто изучил направление и знает его не на словах, а на деле. Прежде чем стать исполнительным директором, я, например, шесть лет работал в поле, в конкретной органической компании.

― В стране существует система добровольной сертификации, скажите, пожалуйста, вы «вписались» в неё?

― Сегодня в России работают пятнадцать зарубежных сертификаторов, которые работают по стандартам ЕС и выдают евролисток.

 

«Евролист» (Euro-leaf) — новый знак Европейской системы сертификации органической продукции,
который был введён 1 июля 2010 года. www.euroleaf.org

 

Их задача найти поставщиков органической продукции на европейский рынок. Несмотря на то, что зелёным листком обозначается органический продукт для продажи в Европейских магазинах, это не запрещает продавать товар с данной маркировкой и на российском рынке. Здесь важно заметить, что такой товар у нас в стране не отслеживается. На сегодня компании, которые проходят сертификацию по евролистку, в отсутствии закона выбирают такой способ позиционирования перед потребителем своего товара как органического. Потребитель доверяет зеленому листку, а это самое основное, при этом поставки продукции на европейский рынок можно не осуществлять. Что касается российской системы, то в законе, который ещё должен выйти, ясно записано, что сертификация будет проходить как добровольная.

Сегодня существуют три официально зарегистрированные системы добровольной сертификации в области органики, принадлежащие Некоммерческому партнёрству по развитию экологического биодинамического сельского хозяйства «АГРОСОФИЯ», Экологический союз Санкт-Петербурга и Национальный органический союз.В рамках каждой из них работает российский сертификатор. Основная проблема в том, что системы являются частными, а это значит, что она сама себя и контролирует. И потребитель может доверять ей или нет, но другого контроля, кроме внутреннего, ― пока нет. Поэтому товар, стоящий на полках в магазинах, может быть с российским сертификационным знаком, и здесь все зависит от степени доверия потребителя. Могу сказать что стандарты, используемые в рамках данных систем, практически не отличаются от европейских, так как являются их адаптированными под Россию переводами.

― Олег Викторович, а во что с экономической точки зрения
обходится сертификация вашим органикам, дёшево?

― Цена на российский сертификат на сегодняшний момент в три-четыре раза ниже, чем европейский. Причин много: инспектора находятся в России, нет необходимости переводить на английский и немецкий языки, к тому же вызов и услуги европейского инспектора стоят дороже. По стоимости всё зависит от масштаба территории (земельные площади): если растениеводством занимаемся, это одна цена, если это комплекс ― растениеводство и животноводство ― это другая цена, а если занимаемся переработкой продуктов животноводства ― это третья категория цен. Допустим, если проходите инспекцию на земельном участке размером до 50 гектаров, занимаетесь овощеводством, и земельные участки находятся вместе, то приблизительно это обойдется в 70 тысяч рублей в год. И это, в общем, приемлемая цена, так как если это европейский сертификат, то цена будет выше в четыре раза. К тому же в России сертификацию проходят раз в год, а по последним правилам, которые ввели в Европе для России, Украины, Белоруссии, ― проходить инспекцию надо два раза в год. Чтобы снизить цену, можно использовать групповую сертификацию. Она представляет собой объединение нескольких фермеров, инспектор приезжает сразу в несколько хозяйств. Могу сказать, те, кто входит в наш союз, не жаловались на то, что это очень дорого. Каждый раз ситуацию сопоставляют с ценой товара. Органический товар сегодня дороже, чем обычный, и по причине того, что в стоимость включена сертификация. Если говорить об американском опыте, то там все ценовые затраты на сертификацию и услуги оплачивает государство. А далее на рынке конкурируйте сами. Других типов дотаций в США не существует. Европа так же компенсирует затраты в области сертификации. Поэтому если бы приняли закон и определили программы поддержки компенсации затрат на прохождение сертификации ― для многих фермеров это могло бы стать поводом прихода в органику и повышения уровня производства продукции. А пока многих сдерживает: а) необходимость проходить сертификацию и платить за неё; б) конверсионный период, пока его проходишь ― продукт продаётся как обычный, а затраты на продукцию идут как на органическую; и в) люди не могут предвидеть, будет ли востребован товар.

― И в чём тогда вам видится преимущество органического
земледелия перед неорганическим?

― Мы не вступаем в полемику ― лучше‒хуже. Потому что это вечный вопрос вреда и пользы химии и органики. Мы говорим о том, что мы делаем и чего не делаем и как это влияет на здоровье человека. При производстве продуктов питания используется большое количество химических удобрений, стимуляторов и т.д., например, те же самые пестициды. Много есть исследований по этому поводу ― и японские, и швейцарские, шведские, которые показывают, каким образом в течение всей жизни человек накапливает пестициды, употребляя определённые продукты питания. Мы не применяем ни один вид химической защиты. Мы используем либо естественных врагов, (наример, этномофагов, насекомых которые уничтожают вредителей), либо изготавливаем препараты на основании растений, которые являются естественными врагами вредителей в природе. В производстве к животноводческой продукции мы не применяем антибиотики для лечения, стимуляторы роста, веса, надоев молока, хотя когда корове прекращают, например, их вводить, то надой уменьшается приблизительно на три литра в сутки. В системе переработки мы не используем искусственные красители, ароматизаторы, неестественные вкусовые заменители, многое другое. Поэтому производство органики благотворно влияет и на здоровье животных.

― Чтобы развить органическое земледелие на промышленном уровне должны работать законы,
помогающие этому направлению.

― Закон об органическом земледелии разрабатывается давно, первая его версия появилась ещё в 2003‒2004 гг., когда ещё органики не было. Сегодня мы уже имеем шестую версию, но дело до его принятия в Госдуме РФ так и не дошло. В этой ситуации мы не ждём государство и делаем всё сами. В частности, разработали и приняли три ГОСТа: 1) Термины и определения; 2) Правила производства; 3) Правила сертификации. В жизни их положения могут реализовываться практически без закона. Другой вопрос в том, что их официально не признают, так как ГОСТ становится национальным стандартом, обязательным к применению с того момента, когда выходит закон. Если же его нет, то многие компании начинают выпускать продукцию не по ГОСТу, а по техническим условиям предприятия ― сам себе написал, сам себя проверил. И поэтому у нас в стране всё может быть «органик», без надписи, на основании чего. Пока нет закона, Роспотребнадзор не сможет выяснять состав и регулировать «органические» продукты на рынке. Возникает и ряд инфраструктурных вопросов. Например, сертифицированные компании должны пройти аккредитацию в России, должна быть создана база данных производителей, для того чтобы знать, есть ли такая продукция на рынке. И к сожалению, эти процессы без закона не запускаются. Несмотря на это, наш союз работает с сертификационными компаниями, с росаккредитацией, для того чтобы, когда закон выйдет, аккредитованные компании уже были на рынке.

И ещё об очень важном. Сегодня российского органического знака на рынке не существует, хотя соответствующие ему товары компании в магазины поставляют, и они на полках стоят, но без него ― официально узаконенного и признанного государством. На европейской продукции с таким значком потребитель узнаёт о её компонентах, способе производства ― органический продукт или нет, о стране-производителе, каким органом сертифицирован продукт, номер. Далее он можете узнать о продукте посредством интернета, войти в базу данных и осведомиться о существовании сертификата. Осуществить такую проверку может каждый гражданин. У нас пока нет.

― Что же мешает вашему союзу выйти на диалог с государством по этим вопросам?

― Мы добиваемся этого. В своё время создавали комиссию в Госдуме, два круглых стола провели в Совете Федерации, на выставке-ярмарке «Золотая осень» у нас всегда проходит конференция на тему органического сельского хозяйства. 2016 год для нас отличался самым большим количеством мероприятий. Более того, есть депутаты, которые поддерживают это движение. Тем не менее у нас сертифицированных предприятий очень мало ― от 40 до 50 с европейскими сертификатами и около 20 с российскими. А, например, в Литве, население которой 2,8 млн человек, количество сертифицированных предприятий 2400. Не буду говорить о Германии, Австрии. Между тем готовность покупать наши продукты в стране достаточно высокая. Многие сети готовы сотрудничать с нами ― покупать молочные продукты, мясо, но с условием разницы цены между обычным продуктом и органикой не более 30‒40%. Для потребителей даже при падении доходов разница в цене 30‒40% не являются критичной. Но надо сделать так, чтобы доверяли продукту, который представлен на полке. То есть мы ждём перемен в отношении государства к органическому земледелию. Оно должно признать нас не на словах, а в законе, в конкретных поддерживающих мерах.

― Поэтому у нас не растут фермерские хозяйства,
чья продукция выращена благодаря органическому земледелию?

― Почему же? Растут! Правда, не так быстро ― в среднем по 3‒5 предприятий в год. Конечно, при господдержке эти цифры были бы в разы больше. Но дело не в правительственном внимании к решению наших проблем. К сожалению, большинство фермеров сегодня только частично наши. Мы можем сказать, что их продукт натурален, но не можем утверждать, что в нём нет антибиотиков, что он рос без применения химических средств защиты, которые запрещены настоящими органиками. Также хотелось отметить, что среда органиков не однородна. Они разделяются на Натуральные продукты, две категории: 1) Идейные или духовные ― это те, кто занимается этим направлением вне зависимости от конъюнктуры, рынка, и их основная задача ― снизить цену товара на полке, чтобы он стал доступным, при этом технологии при производстве этого продукта полностью соблюдаются. 2) У нас достаточно большая часть ― это коммерческие органики, которые пользуются тем, что цена товара выше, они начинают применять органические технологии, что позволяет им иметь более высокую рентабельность на полке, при этом они не ставят себе задачи снизить цены на товар. Думаю, что с принятием закона об органическом земледелии в нашей стране, с поддержкой правительства число первой категории органиков будет расти значительно быстрее, и россияне станут питаться более здоровыми продуктами.

― Но для этого нужны не только законы и поддержка правительства, нужна и земля.
Как с ней у ваших членов союза обстоят дела?

― В первую очередь отмечу то, что у нас в России проблем с землёй нет. Как правило, у всех имеются здоровые, пригодные для сельского хозяйства земли. Главное, чтобы нашёлся тот, кто захотел бы их обрабатывать. То есть если в Европе наличие свободной чистой земли это проблема, то в России её нет. Технологии же нам осваивать не впервой. Естественные способы обрабатывания земли были описаны еще в прошлых веках. Например, труд М.В. Ломоносова по России и сельскому хозяйству, в котором он описывал целый ряд технологий схожих с органическими способами ведения хозяйства. Чтобы земля хорошо плодоносила, мы применяем все, что накопило человечество в этой области, используя даже лунные календари и т.д. Здесь важно, чтобы нашим желаниям сопутствовали и возможности, а также грамотность и ресурсы. Очень часто в органике есть осознание, но не складываются возможности. Дело не в земле, у нас всё есть для развития нашего направления: и земля, и вода и люди. В стране около 6200 родовых поселений, которые могут заниматься натуральным сельским хозяйством, кормить себя и поставлять продукцию в магазины на полку.

― Но если говорить о технологиях, средствах выращивания урожаев,
где брать те же биоудобрения, биопрепараты, другие естественные средства защиты растений?

― На сегодня это одна из слабых позиций в нашей стране. Биопрепараты и биоудобрения у нас выпускают. Если вы придёте в магазин, продающий товар для садоводов, то сможете увидеть разные по качеству биоудобрения. В органическом сельском хозяйстве не все биоудобрения можно применять. К примеру, возьмём биоудобрение из птичьего помёта. Для того чтобы использовать его в производстве, необходимо брать этот продукт из-под сертифицированных кур, которые употребляют органические корма. Либо удобрение должно вылёжаться в течение определённого периода времени. Для каждого типа навоза, помёта есть своё время ― от полугода до года. Производители не решаются столько ждать, они стремятся сразу собранный продукт переработать. Поэтому в производстве биоудобрений и биопрепаратов есть точно такая же сертификация. Но сегодня в России нет сертифицированных биопрепаратов и биоудобрений, для этого в стране нет технологий и методик такой сертификации. Также ― необходимы аккредитованные специальные лаборатории. Они должны быть вовлечены существующую сертификацию производства органиченских продуктов и биопрепоратов.Тем, кто приходит к нам с вопросами на эту тему, мы советуем заключить договор с действующим производителем, который сможет в рамках собственной сертификации отправить биоудобрения европейскому сертификатору на соответствующее заключение. Развитию рынка биопрепаратов мешает то, что количество органических производителей (потенциальных покупателей) мало ― 80-85 компаний, из них овощников ― 30%, и работать приходится на перспективу.

― В таких условиях грамотно построить честный бизнес весьма сложно.
С помощью каких же мер Россия сможет развивать своё органическое земледелие?

― Сегодня одна из основных проблем и России, и Европы ― много фальсификаций. «Духовная органика» это самый честный бизнес, построенный на уровне осознания человеком своего труда ― чем он занимается и для чего. Он мало зависит от внешних факторов. Но в то же время многие органики появились в Европе благодаря большим дотациям. И останутся ли они органиками без дотаций, это большой вопрос. В России с самого начала это направление развивалось как честный бизнес. Сохранит ли он честность дальше, это вопрос к нам, вопрос к государству в том числе, будут ли для этого приняты необходимые меры. Всё, что не сертифицировано на сегодня, никакой честности не несёт. Мы будем делать всё для того, чтобы рынок формировался честно. Мы действуем открыто ― следим за этим, вводим в курс дел потребителей, пишем о продукции наших производителей. Но очень важно и государству на своём уровне участвовать в формировании развития органического земледелия и законами, и мерами по его поддержке. Примеры есть, достаточно обратиться к опыту любой европейской страны.

― И какие прогнозы Вы можете озвучить?

― Я всегда говорю о тех, кто занимается органикой, это ― абсолютные оптимисты. Так как в отсутствие законодательства и экономических условий мы продолжаем заниматься этой областью. Думаю, что принятие органического закона сдвинет нас на уровень ежегодного образования 50 предприятий в год, конечно, при условии плодотворной работы сертификационной системы. А когда барьеры на пути наших компаний государством будут сняты, мы получим большой всплеск развития органики и к 2020‒2022 гг. выйдем на геометрический рост и через 20 лет добьёмся того, что у потребителей появятся экономические возможности покупать органическую продукцию. Мы также надеемся, что в ближайшее время наше государство на практике осознаёт связь питания и здравоохранения, введёт в школах наравне с курсами изучения биологии и анатомии курс изучения здорового питания, органического сельского хозяйства, методов выращивания культур и влияния их на здоровье человека. Это, в свою очередь, сделает наших детей осведомлёнными и поможет им делать осознанный выбор в области продуктов пи- тания применительно к своему здоровью. ■

© «Экология и Бизнес» №1-2 (2017)

admin
ADMINISTRATOR
PROFILE

Похожие записи

Оставьте комментарий

Отменить ответ

Latest Posts

Top Authors

Most Commented

Featured Videos